Как изменилась структура покупателей российской нефти после 2022 года
До 2022 года Европа покупала около 50% российской нефти и нефтепродуктов. После введения санкций и добровольного отказа ряда европейских стран от российского сырья структура кардинально изменилась: Китай и Индия стали главными покупателями, взяв на себя 65–70% всего российского нефтяного экспорта.
Это изменение произошло не за один день — потребовалось переориентировать логистические цепочки, выстроить новые платёжные механизмы (через юань и рупию), найти танкерный флот, работающий в обход санкций. К 2025 году схема уже работала стабильно.
Структура покупателей Urals в 2025 году (оценка): Китай — ~40%, Индия — ~25%, Турция — ~10%, прочие страны (ОАЭ, Египет, Бангладеш, Шри-Ланка) — ~25%. Европа — менее 5% (через третьи страны).
Индия: от осторожных закупок к стратегическому партнёрству
Индия — один из главных триумфаторов текущей нефтяной конъюнктуры. Страна закупает российскую нефть с дисконтом $10–15 к Brent, перерабатывает её на своих НПЗ и экспортирует нефтепродукты в Европу по мировым ценам. Это чистый арбитраж — и Индия с удовольствием его использует.
По данным отраслевых трекеров, Индия в 2025 году стала крупнейшим покупателем российской нефти в пересчёте на прирост объёмов — увеличив закупки с практически нуля до ~2 млн барр/сутки. Это около 35–40% всего индийского нефтяного импорта.
Как иранский кризис меняет ситуацию для Индии
Иран поставлял в Индию около 0,3 млн барр/сутки по «серым» схемам (в обход санкций). С началом конфликта эти поставки оказались под угрозой. Дополнительно — ближневосточная нефть из Саудовской Аравии и ОАЭ дорожает, увеличивая привлекательность российской нефти с дисконтом.
По оценкам аналитиков, Индия может увеличить закупки Urals ещё на 0,3–0,5 млн барр/сутки в ближайшие месяцы, замещая иранские и частично ближневосточные объёмы.
Китай: постоянный покупатель с растущим аппетитом
Китай ещё до 2022 года был крупным покупателем российской нефти — через нефтепровод ВСТО и морскими поставками ESPO. После 2022 года объёмы значительно выросли. По данным таможенной статистики КНР, в 2025 году Китай импортировал из России около 2,1–2,3 млн барр/сутки.
Иранский фактор здесь также работает: Китай закупал у Ирана около 1,5–2 млн барр/сутки по «серым» каналам. С началом войны эти поставки резко усложнились — иранские портовые операции нарушены, страховые вопросы запутаны, ряд иранских объектов повреждён. Китай будет искать замену.
Потенциальный прирост для России: Если Китай заместит половину иранских поставок российской нефтью — это +0,7–1,0 млн барр/сутки дополнительного спроса на Urals. Плюс индийский прирост 0,3–0,5 млн барр/сутки. Итого: возможный прирост российского экспорта на 1–1,5 млн барр/сутки при сохранении конфликта.
Дисконт Urals: будет ли он сокращаться
Ключевой вопрос для российских нефтяников — не только цена Brent, но и величина дисконта Urals к ней. До кризиса дисконт составлял $10–15. При росте спроса со стороны Индии и Китая на фоне дефицита ближневосточного предложения дисконт может сократиться до $7–10.
Это дополнительный выигрыш сверх роста Brent. Например:
- До кризиса: Brent $73, дисконт $12, Urals $61.
- В кризис с текущим дисконтом: Brent $85, дисконт $12, Urals $73. Рост: +$12/барр.
- В кризис с сокращённым дисконтом: Brent $85, дисконт $8, Urals $77. Рост: +$16/барр.
Разница $4 на баррель × 4,5 млн барр/сутки = $18 млн/день дополнительных доходов от сокращения дисконта.
Расчёты в юанях и рупиях: что это значит для акций
Значительная часть расчётов за Urals теперь идёт в юанях (с Китаем) и рупиях (с Индией). Это создаёт валютные позиции, которые не всегда легко конвертируются в рубли или доллары. Часть выручки «застревает» в Китае и Индии.
Для инвестора это означает, что роснефтяная прибыль в рублях может расти медленнее, чем рост нефтяных цен в долларах. Тем не менее, общий тренд остаётся положительным — больше объёмов, выше цены, меньше дисконт.
| Покупатель | Объём 2025 | Прогноз при кризисе | Прирост | Валюта расчётов |
|---|---|---|---|---|
| Китай | ~2,2 млн барр/сут | ~2,8–3,0 млн барр/сут | +0,6–0,8 млн | Юань |
| Индия | ~2,0 млн барр/сут | ~2,3–2,5 млн барр/сут | +0,3–0,5 млн | Рупия/USD |
| Турция | ~0,5 млн барр/сут | ~0,5–0,6 млн барр/сут | +0,0–0,1 млн | USD/лира |
| Прочие | ~0,5 млн барр/сут | ~0,5–0,7 млн барр/сут | +0,0–0,2 млн | Разная |
Долгосрочный геополитический сдвиг
Иранский кризис ускоряет процесс, который и без него шёл полным ходом: перестройку глобальных нефтяных потоков. Запад всё больше опирается на США, Канаду, Норвегию и немного Бразилию. Азия — на Россию, Иран (в мирное время), Казахстан, Азербайджан.
Для российского инвестора это означает долгосрочную структурную поддержку спроса на Urals. Даже когда иранский кризис завершится, переориентация торговых потоков в пользу России частично сохранится — логистические цепочки и контракты не перестраиваются обратно мгновенно.
Вывод для инвестора
Иранский конфликт — катализатор, но не единственная история. Рост азиатского спроса на Urals — структурный тренд, который работал до войны и будет работать после неё. Российские нефтяники находятся в уникальной позиции: поставщик с надёжной добычей, уже отстроенными азиатскими каналами и выигрышем от любого роста нефтяных цен.
Хотите разобраться глубже?
Наши эксперты помогут выстроить стратегию в условиях геополитической неопределённости
Записаться на консультацию →